Ребенок с особенностями развития

Сегодня, дорогие читательницы, хочу вам рассказать свою историю, связанную с рождением моей дочки.

Скажу сразу, что мы с мужем пережили много неприятных моментов, с которыми столкнулись, узнав о проблеме развития дочери. Как же мы радовались, когда дочка делала первые шаги, но об этом позже.


Беременность и сохранение

Моя беременность протекала без особенностей. Анализы были хорошими, не было токсикоза и прочих неприятных моментов, которые бы указывали на какие-то проблемы с ребенком. Правда на втором месяце беременности у меня была угроза прерывания. Все обошлось и мы готовились к появлению нашей дочери.

Как-то утром, на сроке в 34-35 недель я обнаружила, что у меня течет вода. С врачом, который должен был принимать роды, было все договорено. Собиралась рожать у нее, но судьба распорядилась иначе… Она сказала: «Вызывай скорую, тебя я не смогу принять в нашем роддоме, так как срок еще маленький».

С таким ранним сроком я попала в роддом, который занимается преждевременными родами. Меня посмотрели и сказали, что у меня подтекают околоплодные воды и положили на сохранение. Только сейчас, посетив кучу врачей, я поняла, что я должна была немедленно рожать, так как ребенок уже страдал от недостатка кислорода.

Никогда не забуду, когда мы с дочкой пришли на прием к очередному неврологу и она узнала, что у меня был безводный период 275 (!) часов. Она была просто шокирована и сказала: «Если бы вы не родили в ближайшее время, у ребенка было бы ДЦП средней или тяжелой формы...» Вот такая у нас медицина.

Спустя две недели сохранения у меня начались схватки около 12 часов ночи. В 6.45 утра я уже родила свою дочку. Вес был 2590, рост 47 см, по шкале апгар 8/8.

Не смотря на то, что ребенок родился недоношенным и с диагнозом внутриутробная гипоксия и родовая, нас поместили в обычную палату...

Тяжелый период в роддоме

Недоношенность дочки давала о себе знать. Она не могла сама кушать, тельце было с минимальным количеством жировой прослойки, сосательный рефлекс был очень слабым. Мне приходилось сцеживаться каждые два часа и кормить ребенка из пипетки, но этого было не достаточно.

Машу поместили под капельницу с глюкозой, так как ей надо было набирать вес. Это был самый тяжелый период...

Кроме этого, у нее была сильная желтуха и она лежала под кварцевой лампой несколько суток. Мы с мамой дежурили по очереди, чтобы дочка своими движениями не повредила руку катетером, которая была пристегнута к пеленке...

Спустя неделю нас наконец-то выписали домой.

Долгий период мучений сцеживания закончился, дочка наконец-то смогла нормально сосать и стала набирать вес. На нее был просто огромный памперс нулевого размера и самая маленькая одежда. Но мы справились! Маша стала выгледеть намного лучше.

Диагноз

Примерно в 3-4 месяца я стала замечать, что мой ребенок не очень активный и плохо держит головку, не пытается переворачиваться. Особенно это было заметно, когда к нам в гости пришла пара с малышом такого же возраста. Ребенок был активней, чем Маша. Муж меня успокаивал, говорил, что я все придумываю и что все нормально. Но мое материнское чутье меня не подвело.

На приеме у невролога в 6 месяцев нам был поставлен диагноз: гипоксически-ишемическое поражение центральной нервной системы, задержка стато-кинетического развития, гипотонус мышц.

Кроме этого, ребенок постоянно плакал и мы не знали причины. В 9 месяцев мы делали дочке МРТ головного мозга под общим наркозом. Результаты исследований подтвердили то, что мозг пострадал. Но никакой угрозы для жизни не было. Надо было просто следить за этим в динамике.

Мое моральное состояние было не лучшим… Я всегда себя спрашивала: «За что мне такое? Почему я?» Но надо было просто принять ситуацию, ведь бывает и хуже.

Борьба

У кого мы только не были. У массы разных неврологов, у генетиков, у остеопата, в реабилитационном центре проходили курс лечения. Мы пытались чем-то помочь нашей дочке, чтоб улучшить ее состояние и развитие. Конечно, по сравнению с другими больными детками, дочка выглядела вполне здоровой. Все знакомые удивлялись, почему же я так переживаю.

Главный невролог Укаины сказал нам: «Мамочка, посмотрите на других деток в центре и успокойтесь. Будете вы развиваться, но с опозданием». Я была с ним не согласна и считала, что с ребенком все равно надо заниматься.

К нам приходила массажистка на дом и я сама занималась с дочкой каждый день. Делала массаж и гимнастику на мяче. Внешне, ребенок не отличался от других. Но мы с мужем сами видели развитие дочери и понимали, что все идет с опозданием примерно в 6-8 месяцев.

Маша стала хорошо пользать только после года. Сидела в 9-10 месяцев, первые шаги были в 1,5 года.

Выводы

Сейчас дочка ходит в детский сад в инклюзивную группу. Там обычные детки и несколько с особенностями. В группе есть дефектолог, психолог, логопед, реабилитолог и два воспитателя. Они чередуются по сменам и с детками находится 3-4 взрослых.

Дочке очень нравится в садике, с ней там занимаются и это ей только на пользу, если бы не частые болезни. Мне очень приятно слышать от воспитателей и специалистов: «Вы молодец! Видно, что вы занимаетесь с дочкой. Важно понимать, что у ребенка есть проблема». Она стала более общительная и разговорчивая.

Конечно не стоит расслабляться, так как предстоит еще очень много работы. Маша не умеет сама одеваться, не кушает ложкой, не говорит предложениями. Каждый новый навык для нас — это победа. Помню, как я радовалась, когда я наконец-то отучила дочку от бутылочки с соской. Саму соску мы с рождения не признавали, и слава богу.

Я очень рада, что не все так плохо. Самый тяжелый период позади и я хочу, чтобы дочка росла здоровой и счастливой.

Желаю всем, чтобы ваши дети были здоровыми и чтобы вы, родители, никогда не переживали такие грустные моменты с вашим самым любимым человечком на свете!